Заявленная Сбербанком цель сделки с «Транснефтью» не соответствует действительности, считают эксперты

фoтo: Гeннaдий Чeркaсoв

Экспeрты oжидaют кaссaции и с рeшeниeм судa нe согласны. Завотделом международных рынков капитала НИИ мировой экономики РАН, профессор Яков Миркин особо негативно оценивает утверждение Сбербанка о «практически безрисковом» характере сделки, в чем менеджеры банка уверяли руководство «Транснефти». Наоборот, пишет эксперт, барьерный опцион «относится к внебиржевым структурированным продуктам, которые в силу своей природы обладают очень высоким риском».

Сделка была устроена так, «чтобы в случае проигрыша со стороны «Транснефти» дать инициатору сделки Сбербанку получить очень значительную прибыль». «В этой связи объявленная цель сделки (использование валютного опциона с барьерными условиями «для снижения стоимости обслуживания корпоративных рублевых облигаций ОАО «АК «Транснефть») не соответствует действительности», – говорится в заключение Миркина.

Конструкция сделки полностью отвечала содержанию понятия «спекуляция» – принятие ПАО Сбербанк невысокого финансового риска в обмен на крупнейшую по любым масштабам прибыль, делает вывод Я. Миркин.

С ним согласен партнер юридической компании «Пепеляев Групп» Роман Бевзенко. Анализ правовых проблем, касающихся отношений клиента и банка-консультанта, остался за рамками апелляционного постановления по делу «Транснефти» и Сбербанка, цитируют эксперта РИА Новости. «Бывают два типа отношений клиента и банка: как с контрагентом и как с консультантом. И если про первый тип отношений вполне можно сказать, что клиент всегда должен держать ухо настороже и быть крайне осторожным и осмотрительным, ожидая, что банк будет всячески максимизировать собственную выгоду, то во втором случае клиент, полагается на действия консультанта, так как тот обязан действовать в лучших интересах клиента. Увы, этот тонкий анализ довольно сложных правовых проблем остался за рамками апелляционного постановления», — уверен Бевзенко.

«…В России законодательное регулирование рынка деривативов фактически отсутствует. Не существует законодательных стандартов раскрытия рисков связанных с использованием этих инструментов. А многие инициативы, разрабатываемые с целью заполнения такой законодательной «дыры» …, так и не были претворены в жизнь. В таких условиях рынок производных финансовых инструментов становится диким, а банки, будучи основными его участниками, фактически уходят в свободное плавание и играют на таком рынке каждый по своим правилам», — комментирует Право.ру характер сделки управляющий партнер КА «Юков и партнеры» Андрей Юков.

«… противоречия, неточности и ошибки в презентационных материалах, недооценка риска достижения барьерного курса и иные огрехи в ходе обсуждения сделки с клиентом, приведенные в судебном решении, а также формальное – за несколько дней до даты сделки – раскрытие рисков по сделке, конечно, говорят не в пользу банка» — объясняет свою позицию партнер юридической фирмы «Монастырский, Зюба, Хренов и партнеры» Владимир Хренов.

«Ведущие банки и дилеры на российском рынке должны руководствоваться наивысшими стандартами международной рыночной практики и проявлять заботу о клиентах, соответствующую лучшей международной практике, а не извлекать выгоду из пробелов или недостатков российской регуляторной базы», – заключает Владимир Хренов.

Споры по сделкам Сбербанка с деривативами обеспокоили ЦБ. Еще в сентябре 2016 года директор департамента по развитию финансового рынка ЦБ Елена Чайковская сообщала о намерении ЦБ упорядочить законодательство в этой области и ввести квалификацию для корпоративных клиентов, которые планируют сложные сделки с производными финансовыми инструментами.

Комментарии запрещены.

Счетчик